- Ватсон, у меня для вас две новости: хорошая и плохая. Сначала плохая: наш дом сносят. - Как?! - Бульдозером. На его месте будет рюмочная. - А хорошая? - Хорошая, Ватсон! Хорошая, уютная и недорогая рюмочная.

- Послушайте, Холмс, почему все эти русские живут у нас в Лондоне? - Русские, дорогой Ватсон, очень разумные люди - они не живут там, где воруют.

Выбрали в 2012 году Чапаева президентом, а Петьку сделали премьером. Бился - бился Василий Иванович с коррупцией: и свобода лучше, чем несвобода - говорил, и гражданское общество - создавал, и ментов в понтов - переименовывал, и Сколково - модернизировал, ан ничего у него не получается: (. Воруют! Даже еще больше, чем раньше. Тем более, что сидеть по экономическим статьям теперь практически не приходится. Устал Чапаев, разочаровался и поехал к подруг Ангеле на российский народ жаловаться, а Петьку за себя покамест оставил. Возвращается он через месяц, и нарадоваться не может - чиновники вежливые, взяток не берут, работают быстро и аккуратно. Гаишники не баблосы собирают по кустам, а на перекрестках палками машут - пробки разгоняют. Генералы не дачи руками солдат строят, а по полигонам бегают - солдат в атаку за собой ведут. Врачи операции делают бесплатно, а при виде пухлых конвертов прячутся в ординаторских и запираются на ключ. А народ, вместе с ОМОН-овцами, каждую субботу выходит на согласованные демонстрации – желать долгие лета власти. Лепота! Вызывал тогда Чапаев к себе Петьку, обнимает, целует, шубу с президентского плеча, из неметчины привезенную, дарит и самым большим орденом награждает. Ну а теперь, говорит, колись Петька - как ты за месяц достиг того, чего я за все годы добиться не смог! Выдавай, говорит, Петька свою военную тайну! - Да нет у меня никакой военной тайны, Василий Иванович, человек я малограмотный, про свободу и несвободу ничего не знаю, дебет с кредитом путаю, но вот с пулеметом Максим – управляюсь в совершенстве! Поэтому я просто приказал в каждом учреждении поставить по два пулемета Максим с полными коробками лент и чуть где кто-то честно жить не хочет - очередью, очередью! - Молодец Петька! Продолжай дальше. Только вот я одно не понял - а почему два пулемета-то? - Да пробовал я одним обойтись, Василий Иванович, но не сподручно - все время перегревается!

Ватсон: - Холмс, я пойду прогуляюсь. - Не стОит, Ватсон, за углом на Бейкер-стрит вас сильно побьют. - Я вам не верю, Холмс. Вы не можете этого предвидеть. Уходит. Через полчаса возвращается избитый, в синяках и разорванной одежде. - Но... Холмс... Откуда вы знали? - Элементарно, Ватсон. Вчера я вы@#$&ся на Бейкер-стрит в вашем костюме.

Ватсон: - Мистер Холмс, я хотел бы сменить пол! Ш. Х. (слегка прослезившись): - Спасибо, дорогой друг! Я и не догадывался, что мое мужское одиночество волнует вас до такой степени! Ватсон: - Сэр, я имел в виду паркет в моей комнате!

- Толком разговаривать они не умели. Жили они общиной, все в одном месте. Ничего не делали, только ругались, совокуплялись и били друг друга. Сидели кругом у костра. Издавали хором гортанные звуки, отдаленно напоминающие песни. Так проходил год за годом.

- Василий Иваныч! А смартфон - какой он? - Уууу, Петька, он умный! Прямо как Фурманов... Только ему еще и в харю пальцем тыкать можно.

Закончив очередной сеанс связи Штирлиц попрыгал босыми ногами по панели рации. - Пусть теперь люди Мюллера поищут человека с такими отпечатками пальцев! - злорадно подумал советский разведчик...

Логика российских кинобоевиков - вышибить дверь из гранатомета, а потом тихо красться, чтобы никто не услышал.

Завладел значит Гитлер мелафоном (у Алисы из будущего такой был - устройство для чтения мыслей), и решил проверить его в действии. Идет по коредору на встречу Мюллер: М:- Хай Гитлер Г: - Хай Гитлер Г: - Муллер ударте меня по %балу (а сам мелафон включил и мысли читает) М(про себя)??:Да как так фюрер сума штоли сошел как я могу его ударить. M:- Нет я не могу. Гитлер идет дальше навстречу Борман: Б:- Хай гитлер. Г:- Хай гитлер. Г:- Борман ударте меня по %балу. Б(про себя):???Ударить фюрера, -нет! Б:- Нет немогу. Гитлер идет дальше навстречу Штирлиц. Здороваются. Г(с тем же вопосом) Штирлиц ударте меня по %балу(а сам мелафон включил) Штирлиц без единой мысли у%бал Гитлеру в левый глаз. Г:(в не в понятках) Штирлиц ударте меня еще раз. Штирлиц оять без единой мысли у%бал в левый глаз. Г (опять не понял): Штирлиц ударте меня еще раз. И тут у Штирлица проскакивает мысль. - С ноги ему что ли у%бать!

Поехал Чапай учится стрелять в Америку. Возвращается, а его комиссия ждет: Ленин, Дзержинский и Петька. - Показывай, говорят, чему научился. Чапай достает три стакана, ставит перед комиссией, подбрасывает вверх бутылку водки и стреляет. Водка разливается всем поровну. Петька загорелся: - Тоже ХОЧУ! Съездил, возвращается, опять комиссия, только вместо него - Чапай. Ставит стаканы, кидает бутылку, стреляет и... Ленину наливается полный стакан, Чапаю половинка, а Дзержинскому на донышке. Чапай: - Да, Петька, руку тебе надо еще набить! Дзержинский: - И морду тоже...

- Василий Иванович, вот скажи, а чем отличается налог от наложницы? - Ну понимаешь, Петька. Наложница это когда ты, а налог когда тебя.

Окружили белые красных. Чапаев спрятался в бочку. Ведет конвой Петьку мимо бочки: - Василий Иванович! Вылазь - нас предали, - и пинает бочку ногой.

Что там за шум на улице, Бэрримор? - Это гей-парад, сэр. - И чего же они требуют, Бэрримор? - Однополой любви, сэр. - Им разве кто-то запрещает? - Нет, сэр. - Так почему же все-таки они шумят? - Пи. орасы, сэр!

Чапаева с Петькой послали в командировку. По возвращении у них, естественно, требуют отчет. - Пили мы, - говорит Василий Иваныч. - Нет, так дело не пойдет, - говорят ему, - в отчете вы должны написать что-нибудь серьезное, например, чтение литературы. Чапай пишет: "Купили мы с Петькой книжку, прочитали, потом сдали обложку и купили другую, поменьше. Тоже прочитали. Потом пошли в библиотеку, а из нее выходит Фурманов, весь такой начитанный..."